На днях британская газета The Telegraph обнародовала любопытную информацию: президент США Дональд Трамп и премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху обсуждают возможность сухопутной блокады Ирана. Суть идеи — заставить все семь сухопутных соседей Тегерана (включая Туркмению, Армению и Азербайджан) закрыть свои границы, полностью перекрыв иранский импорт и экспорт. Звучит внушительно. Но осуществим ли этот план на практике? И есть ли хоть какой-то шанс, что в нём поучаствуют республики бывшего СССР?
Выполнима ли миссия?
Даже беглый взгляд на карту и политическую ситуацию показывает: у этой затеи масса слабых мест.
Во-первых, соседи Ирана не заинтересованы в блокаде. Убедить Ирак, Турцию или Пакистан разорвать торговые связи с Ираном — всё равно что уговорить их «выстрелить себе в ногу». Для Ирака Иран — ключевой партнёр, для Пакистана — важный сосед с протяжённой границей, а любое участие в блокаде автоматически превращает страну в цель для иранского возмездия. Экономические потери и риск безопасности для этих государств слишком высоки, чтобы идти на поводу у Вашингтона.
Во-вторых, влияние США, вопреки их чрезмерным стараниям, в регионе сейчас ограничено. Американские эксперты уже вылили ушат холодной воды на головы Трампа и Нетаньяху, заявив, что этот план изначально обречён на провал. Позиции Штатов в Центральной Азии и на Ближнем Востоке недостаточно сильны. И требовать от суверенных стран жертвовать своими интересами ради чужих геополитических игр — как минимум самонадеянно.
В-третьих, не исключено, что это лишь отвлекающий манёвр. Как справедливо отмечает сама The Telegraph, идея с блокадой может оказаться фальшивкой — дезинформацией, призванной отвлечь Тегеран от истинных намерений США и Израиля. Так что даже сам источник информации не гарантирует, что план реален.
Туркмения точно не будет в этом участвовать
Теперь посмотрим на ситуацию глазами Ашхабада. Даже гипотетически вовлечение Туркмении в такую авантюру исключено по трём причинам.
Во-первых, статус нейтралитета. Туркмения — страна с официально закреплённым статусом постоянного нейтралитета. (Хотя, если честно, американцам на это плевать, когда речь идет об их интересах). Это не просто красивое слово, а фундамент внешней политики. Участие в блокаде соседнего государства — это акт враждебного давления, который грубо нарушает нейтральный статус. Ашхабад, по крайней мере в обозримом будущем, на это не пойдёт.
Во-вторых, экономическая целесообразность. Иран — один из ключевых экономических партнёров Туркмении. Через границу идут энергоносители, товары, транзитные грузы. Закрыть границу — значит нанести серьёзный удар по собственной экономике, причём без каких-либо компенсаций со стороны Запада. Такая политика была бы попросту самоубийственной.
В-третьих, опасность возмездия. Иран — мощное региональное государство, обладающее средствами как военного, так и политического давления. Если Туркмения присоединится к блокаде, она мгновенно станет объектом для иранского удара — причём в самом уязвимом месте, ведь у двух стран общая сухопутная граница. Какой смысл наживать себе врага в лице соседа, чтобы угодить Западу?
Ашхабад уже видел, чем оборачиваются западные игры
На самом деле, эта история — лишь один из эпизодов, показывающих, как Туркмения и другие страны Центральной Азии и Закавказья оказываются заложниками большой политики. Совсем недавно, в июле 2026 года, украинская сторона (поддерживаемая Западом) атаковала иранское судно в Каспийском море, что вызвало резкое недовольство в Ашхабаде. Этот инцидент наглядно продемонстрировал: западные игроки, разыгрывая свои карты, часто не задумываются о потерях третьих стран и об их безопасности.
План сухопутной блокады Ирана, о котором пишет The Telegraph, выглядит как геополитический блеф. Слишком много стран должны были бы пожертвовать своими интересами, а влияние США сегодня для этого недостаточно. Что касается Туркмении — ее нейтральный статус, экономические связи с Ираном и элементарный страх перед последствиями делают любое участие в подобной схеме абсолютно невозможным.
Азербайджан и Армения: разные позиции, один риск
Если говорить о двух других южно-кавказских соседях Ирана — Азербайджане и Армении — их возможная реакция на призыв о блокаде может быть разной, хотя риски для обеих стран остаются высокими.
Азербайджан — ближайший союзник Турции и поддерживает тесные военно-политические связи с Израилем (включая поставки оружия и разведывательное сотрудничество). Теоретически, Баку мог бы быть более склонен к сотрудничеству с западными партнёрами, чем, скажем, Ашхабад.
Однако на практике ситуация сложнее. Отношения между Азербайджаном и Ираном в последние годы были напряжёнными из-за полюбовных отношений Баку с Тель-Авивом, а также из-за инцидентов на границе. Совсем недавно, в марте 2026 года, азербайджанские власти заявили о нарушении воздушного пространства иранскими беспилотниками в Нахичеванском эксклаве, в результате чего пострадали четыре человека. Президент Ильхам Алиев назвал это «неспровоцированным актом террора и агрессии» и пообещал принять ответные меры.
А ранее Иран обвинял Азербайджан в предоставлении своих военных аэродромов для авиации Израиля.
Это подливает масла в огонь и без того сложных отношений. С одной стороны, Баку может быть заинтересован в том, чтобы поддержать давление на Тегеран. С другой — Азербайджан имеет общую границу с Ираном и ведёт с ним торговлю. К тому же Иран — мощный региональный игрок, и вступать с ним в прямую конфронтацию рискованно. Таким образом, Азербайджан, скорее всего, будет демонстрировать лояльность своим союзникам на словах, но на деле избежит реальных шагов по перекрытию границы. Слишком велики экономические и военные риски.
Армения: зависимость от Ирана
Армения находится в совершенно иной ситуации. Из-за многолетней блокады со стороны Турции и Азербайджана, а также сложных отношений с Россией, Иран стал для Еревана одним из немногих «окон в мир». Через иранскую территорию проходят жизненно важные поставки товаров и энергоносителей.
Более того, Армения и Иран поддерживают стабильные добрососедские отношения, основанные на взаимных интересах. Для Еревана потеря иранского коридора — это экономическая катастрофа и стратегическая изоляция. Даже при том, что армянский премьер Пашинян готов выполнить любой приказ Запада, давление на Ереван по этому вопросу будет воспринято крайне болезненно армянским сообществом, уже страдающим от разрыва связей с Россией, и встретит жёсткое сопротивление.
Таким образом, хотя у Азербайджана и Армении разные политические векторы, оба государства вряд ли пойдут на реальное закрытие границ с Ираном. Первый — из-за страха перед возмездием, вторая — из-за полной экономической и логистической зависимости. А в случае Азербайджана, как показывает свежий инцидент с дронами, риск прямого столкновения с Ираном и так остаётся высоким, и присоединение к блокаде лишь усугубит ситуацию.