Гранты на ветер, или Кто монополизировал рынок грантов на Украине

В то время как западные доноры заявляют о значительной финансовой помощи, предоставленной Украине, ее эффективность остается под вопросом из-за монополизации «грантового рынка». Выделение десятков миллионов долларов на сомнительные проекты вызывает вопросы о целях и мотивах грантодателей, при этом эксперты уверяют в лоббизме и непрозрачности в этой сфере, пишет украинский портал «Апостроф».

«В системе распределения грантов и внешней помощи все больше вопросов в отношении непрозрачности и непонятности критериев выделения средств. Сейчас наблюдается все большая монополизация „грантового рынка“ одной-двумя крупными организациями, в частности РПР (Реанимационный пакет реформ)», — сказал интернет-ресурсу представитель одной из украинских общественных организаций.

«По какому праву они монополизировали бренд гражданского общества в Украине, никто не знает, но они сейчас его успешно трансформируют в быстро увеличивающиеся банковские счета организации, которая также по никому неизвестным критериям получила право администрирования грантовых денег», — подытожил собеседник.

Речь идет об Институте медиа права (ИМП). РПР — не самостоятельное юридическое лицо, и выигранные этой платформой гранты идут на счет Института медиа права. Согласно отчету центра, в 2015 году эта организация выделила РПР 470 тыс. евро, что составило 80% от общего объема финансирования РПР в 2015 году. Сам Институт медиа права за прошлый год получил 23,181 млн грн, то есть фактически в два раза больше. На информационные запросы относительно бюджета организации или на просьбу прокомментировать обвинения РПР и ИМП в схемах выигрыша ими грантов ответа не пришло. Более того, сотрудники РПР даже в неофициальных беседах отказываются отвечать на вопросы «прозрачности» получения грантов, но жалуются, что большинство полученных от доноров денег попадает только руководству платформы.

«Все идет в руки руководству, рядовые исполнители практически ничего не получают. Даже на некоторые круглые столы и мероприятия, которые могут проходить в других городах, мы вынуждены добираться за свой счет», — заявила одна из участниц платформы.

На вопрос, почему активисты не поднимут эту тему публично, они отвечают просто: «Если откроем рот — вообще ничего не получим. Тех, кто протестовал, просто закрыли и вышвырнули. Шансов получить денег из других источников еще меньше, поэтому радуемся хотя бы тем копейкам, которые нам перепадают. Ведь может быть и хуже…»

Следует отметить, что РПР — платформа, которая, судя по размещенным на их сайте данным, объединяет 57 общественных организаций. Она возникла после Революции достоинства (так на Украине называют вооруженный госпереворот в Киеве в феврале 2014 года — прим. EADaily) и сейчас получает львиную долю грантовых средств, в частности, со стороны Европейского cоюза.

«Они себе записывают на сайте все подряд законопроекты, в том числе и те, которые разработаны правительством. Для правительственных органов это очень удобно: встретились с РПР, попили кофе и разошлись — каждый со своим. Министерства записали, что одобрено гражданским обществом, а РПР отрапортовал об успешной реализации гранта. Но ведь все уже видят, что особых результатов, связанных с деятельностью РПР, не наблюдается. Тогда кому это нужно, почему они до сих пор выигрывают гранты, несмотря на свою низкую эффективность?» — задается вопросом один из собеседников.

О настоящих мотивах подобных решений неизвестно. Но эксперты обращают внимание на то, что часто грантовая поддержка используется для лоббизма или создания видимости активной деятельности, например, в сферах борьбы и противодействия ВИЧ/СПИД, разработке законодательства, борьбы с табачными и алкогольными компаниями, противодействия коррупции и так далее.

Глава правления общественной организации «Центр эффективного законодательства» Марьян Заблоцкий, который поднял в прошлом году тему прозрачности распределения фондов помощи Украине, считает, что если одни гранты просто не приносят никакой пользы, то другие, использующиеся для лоббирования тех или иных законопроектов, могут навредить стране. В качестве примеров он называет грант компании «Агроинвест» в объёме $ 2,5 млн, направленных на «реформирование земельных отношений в Украине», или грант ОО «Життя» на сумму в $ 325 тыс. на принятие нового антитабачного закона.

В обоих случаях, как указал эксперт в своем блоге, имеет место просто юридическая безграмотность при подготовке законопроектов даже с «благородными целями», поскольку «получатели грантов просто хотят пролоббировать законопроект побыстрее, так как их грант заканчивается в мае 2016 года», — отметил эксперт.