Рахматилло Зойиров: Таджикистан идет к конфронтации

С принятием новой Конституции Таджикистана, открывшей президенту Эмомали Рахмону путь к бессрочному правлению, в этой центральноазиатской стране начался новый этап. Большинство экспертов предрекает Таджикистану мрачные времена. Собственно, в определенной степени они уже наступили. Экономические проблемы не решаются годами — местных ресурсов не хватает, иностранцы на помощь не спешат. Кризис в России и Казахстане вынудил таджикских трудовых мигрантов «вспомнить» о родине — там тоже без работы и денег, но хотя бы дома. Легальная оппозиция в лице Партии исламского возрождения (ПИВТ) разгромлена, и многократно увеличилась опасная вероятность формирования радикальной оппозиции и вовлечения безработной молодежи в религиозные, экстремистские группировки и течения. Плюс опасное соседство, невнятный внешнеполитический вектор. Что происходит в Таджикистане, что можно ожидать? На эти вопросы корреспондента EADaily отвечает лидер Социал-демократической партии Таджикистана, доктор юридических наук Рахматилло Зойиров.

Таджикские экономисты обеспокоены предстоящим возвращением на родину трудовых мигрантов. По некоторым данным, Россия готовит к депортации несколько десятков тысяч человек. Это вдобавок к уже вернувшимся домой по своей воле из-за экономического кризиса. На сколько опасной становится для Таджикистана социальная ситуация?

— Вопрос о депортации трудовых мигрантов является для населения Таджикистана глубоко социальным, для правительства — политическим, для ученых, в частности, экономистов — научно-умозрительным. Потому, если признаться честно, то вопрос о предстоящем возвращении в Таджикистан трудовых мигрантов — точнее целенаправленные «слухи» (причем идеологически созревшие, политически и организационно реальные, которые в любой момент могут быть вполне реализуемыми, если, на то будет политическая воля руководства РФ), беспокоит не столько экономистов, а прежде всего, население. Особенно семьи этих трудовых мигрантов, которые в случае депортации из России, просто останутся без элементарных средств пропитания. А это не менее половины населения страны.

Правительство — сверху донизу — не обеспокоено этим. Оно, точнее, боится этого: одни бояться потерять свои теплые места, другие — доходы, третьи — стабильное состояние своего положения и т. д.

Исходя из социального характера проблемы, соответственно, при депортации трудовых мигрантов из Российской Федерации, причем сразу нескольких десятков тысяч человек, при нынешней совершенно неприемлемой для демократической и социально-ориентированной страны, ситуации, в которой находится Таджикистан, будет представлять собой не просто социальную опасность, а может стать детонатором социального взрыва, причем с непредсказуемыми криминальными последствиями.

Оценивая реальную ситуацию с положением мигрантов в РФ и Казахстане, следует отметить, что в РФ их положение в Москве, Санкт-Петербурге и т. д., сейчас значительно хуже, чем в российских регионах. Прежде всего, в аспекте обращения с ними. Соответственно в крупных городах России «чемоданные» настроения среди мигрантов значительно выше, чем в периферии. В Казахстане положение трудовых мигрантов имеет более позитивную тенденцию, чем в России.

После фактической ликвидации ПИВТ, большинство молодых людей осталось без «идеолога». По некоторым оценкам, они пополняют ряд экстремистских организаций. При этом власти Таджикистана в последнее время часто говорят об угрозе экстремизма, укрепляют границу с Афганистаном, опасаясь переноса военных действий на свою территорию. Насколько обоснованы опасения властей, есть ли здесь элемент для дальнейшего закручивания гаек?

— Убежден, что закрытием ПИВТ или других организаций, репрессивной судебно-уголовной политикой невозможно ни победить, ни уничтожить другую идеологию. Конечно, временно та или иная идеология, и «идеолог» в том числе, приобретает скрытый характер, становится латентным. Дело даже не в том, что молодежь может пополнить и пополняет ряды экстремистских организаций, а в том, что общество сегодня в Таджикистане еще стихийно, неосознанно разделяется на противоположные части, при этом, одна себя выпячивает, бьет в грудь, другая молчаливо себя скрывает. Вот это действительно опасно.

То, что власти Таджикистана в последние годы, причем чрезвычайно громко заговорили об угрозе экстремизма, укрепляют границу с Афганистаном, опасаясь переноса военных действий на свою территорию и т. д., это локальное отражение рамочной, заданной идеологической борьбы и свидетельство слабости, а порой отсутствия здравой политики. А это всегда, мотив и повод для дальнейшего закручивания гаек.

Собственно, для этого и вносились изменения и дополнения в Конституцию Таджикистана. Президент Эмомали Рахмон выдвигает на руководящие посты своих детей, демонстративно задвигает соратников. Чем это может обернуться?

 — Внесенные изменения и дополнения в Конституцию Таджикистана, это как раз победа неразумного идеологического подхода над правом, что в обществе не может не вызвать недовольство. И уже вызвало, хоть пока и скрытое. Оно усугубляется и будет повышаться, пока президент Эмомали Рахмон выдвигает на руководящие посты своих детей, причем, как вы отметили, «демонстративно задвигая соратников», и игнорируя демократические принципы государственного управления. Все это, в условиях социального взрыва, которое неминуемо при таком развитии ситуации, ведет к жесткой общественной конфронтации, в основе которой будет протест против такой формы правления страной и людьми.