ЕС ничего не пожалеет: грузинская оппозиция даст последний решающий бой

Исход октябрьских местных выборов в Грузии во многом был предрешён. Проиграв парламентские выборы и упустив контроль над президентским местом, оппозиция фактически показала, что за ней внутри страны нет силы. И с каждым новым поражением их политическое влияние не просто снижается, а падает. Поражение на местных выборах могло и вовсе означать падение в бездну, из которой оппозиционные силы уже могут и не подняться, заявил EADaily эксперт Северо-Кавказского института — филиала РАНХиГС Сергей Решетняк

Во многом это связано с процессами, которые идут за границами выборов. Как отметил Решетняк, заключение временной следственной комиссии по расследованию деятельности режима «Единого национального движения» и его политических деятелей в 2003—2012 годах фактически ставит под угрозу юридического существования не только «Национальное движение», но и остальные ведущие оппозиционные партии, поскольку по мнению комиссии, «Коалиция за перемены», «Сильная Грузия» и «Гахария — за Грузию» фактически выступают полностью зависимыми от партии-прародительницы «Единое национальное движение» и находятся в координации с ней, фактически ею же и управляемые. Их создание преследовало цель показать, что большое количество политических сил в Грузии выступают за евроинтеграцию по правилам Брюсселя. А «Грузинская мечта» — авторитарная политическая сила, не имеющая реальной поддержки ни среди других политических сил, ни среди народа. В то время как в реальности, в Грузии противоборствуют всего лишь две политические силы «Грузинская мечта» и «Национальное движение», подчеркнул Решетняк.

Придя к выводам о единстве оппозиции, комиссия возложила ответственность на все четыре партии за события 2003−2012 годов, а также за препятствие формированию здоровой политической системы в Грузии. Как итог, премьер-министр Грузии Ираклий Кобахидзе выступал с заявлением, что в октябре правящая партия «Грузинская мечта» обратится с Конституционный суд с требованием упразднения четырех крупных оппозиционных партий.

«Фактически прошедшие местные выборы становились точкой невозврата для оппозиции, поскольку шанса на реванш у неё может уже не быть. Именно по этой причине ставка делалась не на сами избирательные процедуры, а на проведение грузинского майдана по украинским лекалам. Под эти цели в стране появились эмиссары украинского режима, шло накопление боевых ячеек и оружия. Фактически шла подготовка к свержению законной власти вооруженным путём. Поэтому, как только стали известны итоги голосования, оппозиция вывела людей на улицы и направилась штурмовать президентский дворец», — отметил Решетняк.

Выбор цели штурма, по его мнению, был не случайным. Формально оппозиция не признала избрание парламентом Михаила Кавелашвили и заявляет, что в данных условиях продолжает действовать мандат бывшего президента республики Саломе Зурабишвили. Сместив «нелегитимного» президента, революционеры пошли бы штурмовать назначившего его парламент.

«Параллельно в СМИ, в первую очередь европейских, пошла массированная кампания по дискредитации выборов, и вбросы про массовые нарушения, и фактически политические репрессии по отношению к оппозиции. Что должно было сформировать привычную для майдана картинку, что оппозиция выборы выиграла, но победу украли коварные представители власти, за которыми непременно стоят русские», — сказал эксперт.

Но грузинские власти были к этому готовы. «Торговцев революцией на экспорт» выявляли и нейтрализовывали, схроны с оружием выявляли, а когда на улицу вывели толпу, быстро её рассеяли, попутно задержав всех лидеров грузинского майдана и подстрекателей, не дав установиться в стране охлократии, констатировал Решетняк.

«При этом сработали грузинские правоохранители действительно достаточно филигранно, а главное эффективно, что в последствии дало право представителям власти давать советы европейцам, поучиться как нужно решать проблему с уличными погромами и попытками свержения власти. В итоге, очередной неудавшийся майдан может стать Ватерлоо для грузинской оппозиции, которой к предыдущим обвинениям теперь ещё инкриминируют попытку неконституционного свержения власти, что однозначно является основанием для запрета оппозиционных партий», — заявил эксперт..

Он добавил, что правящие силы ожидали такого шага оппозиции и явно к нему готовились заранее.

«Фактически оглашением решения временной следственной комиссии, и последующими заявлениями об обращении в Конституционный суд, правящая партия загнала оппозицию в ловушку, из которой был только один выход — попытка провести очередной майдан. И по его итогам окончательно зачистить политическую площадку Грузии. У оппозиции был иной путь — честное участие в выборах, сохранение себя как политической силы и шанс на перезагрузку всего движения. Но реальной поддержки у оппозиционных сил в стране уже практически нет. У „Грузинской мечты“ практически 80% поддержки населения по всем 64 муниципалитетам. И как бы ни пытались западные СМИ вещать, что это всё не настоящие результаты, нет сомнений, что грузинский народ действительно поддерживает правящую партию, поскольку при ней Грузия вышла из финансового кризиса и сегодня является одним из эффективно развивающихся государств не только на постсоветском пространстве, но и в мире. В то время как альтернатива их политике — реваншизм, продажа страны Западу и неминуемая война с Россией», — считает Решетняк.

Самые интересные события начались после подведения итогов, и разгона майдана. Сразу же последовало выступление премьера Ираклия Кобахидзе, в котором он прямо обвинил европейцев в поддержке попытки свержения конституционного строя в Грузии,указав, что «посол ЕС в Грузии несет особую ответственность за это».

Это не первые обвинения в адрес Европы, но они могут стать триггером к изменению внешнеполитического вектора движения Грузии, которая до последних событий продолжала официально придерживаться цели вступления в Европейский союз, прогнозирует эксперт.

Усилением идеологического разрыва стало последовавшее в ответ на обвинение заявление еврочиновников. Глава евродипломатии Кая Каллас и еврокомиссар Марта Кос указали, что выборы в закавказской республике проходили в атмосфере «широкомасштабного подавления инакомыслия», при этом отметили, что ЕС «решительно отвергает» дезинформацию по поводу своей роли в происходящем в республике и осуждает нападки на посла Евросоюза в стране. А немногим позже Европейская народная партия призвала Европейский Союз ввести санкции против тех, кто «подрывает основы прав человека и верховенства закона Грузии».

На этом перепалка не закончилась. Спикер парламента Грузии Шалва Папуашвили потребовал от евробюрократов официальных извинений за поддержку попытки свержения власти, и прекращения распространения ложных сведений о самих выборах несоответствующих о «действительности, которая усиливает стремление радикальных сил подорвать демократию, верховенство закона и уважение прав человека».

По словам Решетняка, показательна и ещё одна цитата Папуашвили. Он подчеркнул: «Эту Европу мы не заказывали. Мы заказывали благосостояние, а получили экстремизм и насилие».

«Это уже звучит и как прямое обвинение европейских властей если не в прямом участии в экстремисткой деятельности, то как минимум в оправдании и поддержке экстремизма в Грузии. А также завуалированное признание что Грузия хотела вступить не в этом Евросоюз, а в какой-то другой. К слову, эта позиция согласуется и с общей позицией премьер-министра Венгрии Виктора Орбана, который также отмечает, что современный Евросоюз отличается от той организации, в которую Венгрия вступила в своё время. Папуашвили фактически заявил о суверенности Грузии, потребовал невмешательства ЕС в суверенные дела страны, попутно потребовав от западных партнеров четкой позиции и осуждения нападения на президентскую резиденцию. Явно подразумевая, что в случае отказа, будут приняты соответствующие политические решения», — подчеркнул Решетняк.

Также Папуашвили, а чуть позже и вновь избранный мэр Тбилиси Каха Каладзе отметили, что требование европейцев о введении против грузинских властей санкций, является проявлением двойных стандартов. Особенно в свете недавно отмененных результатов выборов в Румынии и неприглядной истории с выборами в Молдавии, когда оппозиция в принципе не была допущена до выборов, проводилась грязная компания против неё, а сами результаты голосования вызывали много вопросов. Но ЕС поддержал такие выборы и их результаты, потому что на них победили проевропейские силы, готовые отказаться от суверенитета ради ЕС. В то время как Грузия, не сделав и половины того, что сделали румынские и молдавские власти, подверглась тут же осуждению за попытки защитить свою демократию и свой конституционный строй, отметил эксперт.

Последовал ответ и на заявление Европейской народной партии, и от премьера Кобахидзе: «Заявление Eвропейской народной партии лучше всего помогает грузинскому обществу осознать, к какой беде привели Евросоюз потеря суверенитета и управляемая извне европейская бюрократия». Также молчание и стремление дистанцироваться от ситуации, без осуждения попытки насильственного свержения власти, грузинские власти расценивают как поддержку данных действий.

«Это сильные слова. Для Грузии, которая взяла курс на усиление суверенитета, становится неприемлемым участие в организации, которая требует отказа от суверенности. Прямых заявлений на отказ от евроинтеграции пока не последовало, но есть ощущение, что решение об этом правящей партией уже принято. Её представители лишь ждут последующих деструктивных шагов со стороны Европы, которые создадут почву для формирования правильного общественного мнения в стране. Что позволит относительно безболезненно отказаться от пути в Единую Европу. По крайней мере в её нынешнем виде. Эта ремарка особенно интересна в контексте заявления Каладзе, который отметил, что европейские и проевропейские объединения, партии и конкретные высокопоставленные чиновники находятся под влиянием „глубинного государства“. Этим заявлением Каладзе фактически обозначил что у Грузии тот же взгляд, что и у Венгрии и Словакии, а также у американского президента Дональда Трампа в первую очередь. Фактически данным заявлением обозначена позиция правящей партии. Она больше не идет путём евроинтеграции, а выбирает союз с Штатами Трампа», — заявил Решетняк.

По его словам, это не то, чего ожидали в России, России хотелось возврата старой-доброй соседки Грузии, с которой были не просто партнерские, но дружественные отношения. В итоге, прогнозирует Решетняк, мы получим прагматичную Грузию, которая будет действовать в своём интересе, ситуационно выступая как нашим союзником, так и противником.

«Но к такому развитию событий наше правительство похоже давно готово. И это далеко не самый плохой вариант, поскольку он гарантирует нам мирное соседство, без рисков войны», — считает эксперт.

Он добавил, что заявление Каладзе преследует цель заручиться поддержкой США и лично Трампа, поскольку есть чёткое понимание, что противостояние с ЕС не завершено. Слишком важна закавказская республика в контексте идущей гибридной войны, если называть вещи своими именами, без учёта юридических формальностей, ЕС и России, сказал эксперт.

«К прямому контакту с Россией грузинское общество пока не готово. Слишком долго и усердно предыдущей властью насаждалась в стране русофобия. Потому и ищут грузинские власти поддержки за океаном. От того, окажут ли им её или нет, зависит дальнейшее сближение уже с нашей страной», — заявил Решетняк.

Грузинская оппозиция сегодня получила существенный удар. Но пока не смертельный, отметил эксперт. Последний бой будет когда через конституционный суд попытаются запретить четыре оппозиционные партии.

«Тут уже терять нечего, будут призывы не только к свержению власти, но и возможно к началу гражданской войны. Для ЕС это тоже приемлемый сценарий, поскольку в хаосе междоусобицы они могут найти свой интерес. Политических и финансовых усилий они на это не пожалеют. Вот только хватит ли у сегодняшнего ЕС финансовых ресурсов, и смогут ли они спровоцировать стойкий грузинский суверенный народ на смуту, остаётся большим вопросом. Учитывая неудачные попытки госпереворота, включая последнюю октябрьскую, есть подозрение, что ресурсы для европейцев уже ограничены, а административного ресурса и вовсе нет. Но, как уже отмечалось, это для евробюрократии и для её ставленников в грузинской оппозиции это не последний бой. Последний бой будет когда „Грузинская мечта“ подаст заявление в Конституционный суд. Именно в тот момент с большой вероятностью и будет определена судьба Грузии как суверенного государства», — прогнозирует эксперт.

Но это будет завтра, а сегодня, по словам Решетняка, «Грузия — это страна „Мечты“ — „Грузинской мечты“ грузинского народа».