Границы России: пожизненный приговор — мнение

Наполеону Бонапарту приписывают фразу: «География — это приговор». Если это верно, то политическая география, в частности география границ, — это приговор пожизненный. А это в свою очередь означает, что они правы: Украина выживет только в случае распада России. И мы правы: Россия выживет только в случае упразднения Украины. Что бы они и мы ни говорили.

Законы упорядочивания систем (преодоления энтропии/хаоса, если угодно) действуют не только в природе. Неграмотные вожди, князья, короли, ни разу в жизни не видевшие карты своей и соседних стран, и тысячи лет назад, если не по отдельности, то в совокупности действовали так, будто изучали в университетах теорию игр и законы равновесия систем.

Посмотрите на карту Европы. Вспомните великое переселение народов. Германские племена из междуречья Вислы и Эльбы — готы, вандалы, свевы, бургунды, лангобарды — переселяются на территорию Римской империи. Их место занимают славяне. И первые, и вторые должны были где-то остановиться, линия их соприкосновения должна была стать линией напряжения, линией приложения сил двух систем.

Самая южная точка Балтийского моря — город-порт Висмар в Германии (Щецинский залив всё же считается разливом в устье Одера). Самая северная точка Адриатического моря — Монфальконе в Италии. Проведем кратчайшую линию между ними.

Грань 1. Вы, конечно, узнали ее. Это примерная линия полутысячелетней борьбы германцев — франков, саксов, тюрингов, баваров — и славян — полабян, чехов, хорутан.

В тылу славян уцелели греки (несмотря на то, что даже в Пелопоннесе на самом юге Греции до 10 века жило славянское племя езеритов; с каких озёр их сюда занесло?). Уцелели романизированные даки, предки румын. И не до конца романизированные предки албанцев. Быстро оправившаяся Византийская империя перешла в контрнаступление. Но на Дунае и Эльбе спасти завоевания славян могло бы создание своего межплеменного государства. И в середине 7 века оно было создано. Государство Само. Которое продержалось всего 35 лет и пало под ударом авар (обров).

Полтора столетия борьбы славян на два фронта — против Франкского государства и авар — закончились уничтожением Аварского каганата и созданием второго славянского государства — Великой Моравии, просуществовавшей почти весь 9 век и самое начало 10-го. Увы, удачливый и умный князь Святополк I решил укрепить безопасность своего государства ставкой на Рим. В 886 году ученики Кирилла и Мефодия охридские монахи Горазд, Климент, Савва и двести священников, уже их учеников, были изгнаны из Моравии, а богослужение на славянском языке было запрещено в пользу латыни. Те священники, которые отказались покинуть свои приходы, были схвачены, проданы в рабство и только чудом посланцы византийского императора Василия I успели выкупить их в порту Венеции.

Через 13 лет после смерти Святополка Великая Моравия была разгромлена венграми. Ни папа, ни франки за славян не вступились. А зачем? Венгров интересовала Паннонская степь, остальное — законная добыча германцев. Чехи и полабяне продолжали борьбу, но их участь была предрешена. Прежнее системное равновесие было разрушено. Но в год гибели Моравии, 907-й, на востоке Европы уже набирало силу новое государство от Новгорода до Киева, где Олег, родич Рюрика и наставник его сына, всё не спешил передавать власть Игорю Рюриковичу. Русское государство. Русь.

Никакого «отставания» восточных славян от западных не было. Именно отсюда, с берегов Днепра, Припяти, Десны, Оки, славяне двинулись на запад еще в 4 веке. И именно здесь возникло первое славянское государство — Антский союз, а рассказ о гибели его «короля» Божа и приближенных сохранил византийский историк Иордан (что важно, враждебный, а не комплиментарный источник!). Подробнее смотри: «Шесть русских государств до Рюрика: пора их признать» и «Начало славян и русского народа. Когда, где, как?».

Так или иначе, должна была возникнуть новая линия напряжения, приложения сил между новыми системами. И снова «удивительное совпадение»! Такой линией стала прямая между Балтийским и Черным морем, между Калининградом и Одессой. Это Грань 2 — граница Руси с «Европой» в течение 400 лет. Даже в Прибалтике! Потому что 300 лет из этих 400 влияние Руси здесь было бесспорным.

Русским платили дань предки эстонцев (чудь), ливы (ливь), латгалы (летигола), земгалы (земигола), селы. Полоцк жестко держал в руках путь в Балтийское море по Западной Двине, а всю округу контролировала крепость Куконос (ныне Кокнесе) на Двине верстах в 100 от ее устья. Хорошо известен основанный Ярославом Мудрым город Юрьев (ныне Тарту). Хуже — Колывань на месте Таллина. Еще хуже — крепости Воробьин (Воробьев нос), ныне Варбола на западе Эстонии, покоренная Мстиславом Удатным, и Волин, позже немецкий Velyn, затем Fellin и наконец Вильянди в южной Эстонии, всего верстах в 60 от Рижского залива. Не дошли совсем немного.

Будем честными, русские князья на землях Прибалтики были самыми настоящими крестоносцами. Только вдоль границ литовских и ятвяжских племен возникла дюжина мелких княжеств, куда слетались «изгои» — исключенные из очереди на удел княжичи: Гродненское, Волковысское, Новогрудское, Логойское, Слонимское и другие, о некоторых из которых в летописях сохранилось только название. К началу 13 века вне русского влияния оставались только курши (корсь), жемайты (жмудь) и пруссы. Последние сами ежегодно опустошали Польшу вплоть до нынешней Варшавы и далее.

Для борьбы с пруссами польский король Конрад I в 1226 году и пригласил потрепанный в Палестине Тевтонский орден. Видимо, на эту гениальную мысль его навело то, что еще в 1202-м в устье Двины высадились рыцари ордена меченосцев. Правда, слишком малочисленного, чтобы вытеснить русских. Удалось это только после объединения с тевтонами. Самым же тяжелым ударом на западе стало создание ятвяжским князем Миндаугасом (Миндовгом) единого Литовского государства и его экспансия уже в русские земли, ослабленные монгольским нашествием. Но об этом ниже.

Можно назвать «забавной» историю складывания границы в Финляндии. В этих землях дань Руси не платило только племя сумь, жившее на крайнем юго-западе в полосе побережья с центром у нынешнего города Турку. Здесь в 1156 году и высадились шведы во главе с Эриком IX Святым. Война почти без перемирий продолжалась около 170 лет, пока в 1323 году не был заключен Ореховецкий договор с четко обозначенной границей от устья реки Сестры по рекам и озерам строго на северо-запад до самого Ботнического залива («Каяно-моря»). Приладожье и три пятых современной Финляндии остались условно за русскими (саамы по эту сторону залива платили дань Новгороду). Одна беда, подписавший договор новгородский князь Юрий Данилович, сын первого московского князя Даниила Александровича, внук Александра Невского, не учел того, что через 100 лет шведы первыми обойдут Каяно-море с севера и, формально не нарушив границу, окажутся… в тылу у русских.

К западу от Грани 2 остались Прикарпатье (Галиция) и Закарпатье. Поверьте, автор не двинулся рассудком на безупречной прямоте линий приложения сил между системами, но… белые хорваты Карпат, а также Червенские города были покорены Владимиром Святославовичем только в 991 году, через три года после крещения им Руси (по другой версии в 981 году, а целью похода 991-го было подавление восстания). В любом случае, Польша приняла христианство в 966 году при князе Мешко I и он же владел Червенскими городами, да и местностью будущего Львова, а белых хорватов считал своими данниками.

Т.е. белые хорваты увидели первым не православный крест, а папский крыж. И Мешко, и его сын Болеслав I Храбрый требовали у Владимира вернуть земли. Владимир отвечал, что чужого не брал, а привел к Христу язычников, но Болеслав не успокоился, пока не вернул Прикарпатье после смерти Владимира и похода на Киев в 1015-м. Вот так оно и переходило из рук в руки. А Закарпатье было русским всего лет 15 до завоевания венграми, но именно в это время местные славяне приняли христианство, став частью Русской митрополии, а позже патриархии, став русинами, русскими.

Разгром Руси монголами вновь обрушил равновесие систем. Экспансия Великого княжества Литовского (ВКЛ) привела его границы к Калуге, Ржеву, Белгороду. Пусть вас не пугает то, что на последней линии конфликта систем — Грани 3 (крайние восточные точки Финского залива и Азовского моря) — оказался Новгород Великий. Претензии ВКЛ на Новгород стали кульминацией этого конфликта и причиной первой войны, в которой Россия отвоевала своё — войны 1487−1494 годов, «Пограничной», «Странной». Да, «Странной войной» называли не только германо-французский фронт Второй Мировой с сентября 1939-го по май 1940-го, когда немцы и англо-французы играли в футбол на виду друг у друга и обменивались рождественскими подарками.

Странность той русско-литовской войны, правда, была в другом. В верховьях Оки против Литвы восстали несколько мелких княжеств: Козельское, Мценское, Оболенское, Новосильское и другие. Только что сбросивший ордынское иго Иван III не рискнул начать открытую войну, но «Верховские княжества» каким-то чудом громили направленные против них литовские войска одно за другим. Литве стало не до Новгорода, она войну не объявляла и направляла в Москву послов, требуя вывести с ее территории русские войска. Москва заверяла, что «их там нет». Тогда Россия вернула немного, но ранее присягавшие Литве русские князья и дворяне (а многие из них уже называли себя на польский манер «магнатами» и «шляхтичами») поняли, кто теперь в доме хозяин. И в следующей войне 1500−1503 годов треть Литвы перебежала к Москве вместе с землями. Началась 300-летняя «Русская реконкиста».

Конечно, картина куда сложнее. Важнейший вопрос. Почему не все, но многие русские князья, бояре, дворяне предавали родной язык и веру, ополячивались и упорно сражались против воссоединения с Русским государством? Как и многие западнорусские города. С 14 века с династией Ягеллонов Польша стала быстро превращаться в магнатско-шляхетскую «республику», где Сейм из магнатов и представителей шляхты выбирал короля, утверждал законы и фактически решал вопросы войны и мира, каждую «четверть"/квартал голосуя по вопросу новых ассигнований на войну (а если не утверждал, то и война заканчивалась). Тот же вектор развития — всевластия знати — победил ранее в Галицком княжестве, в результате чего оно было уничтожено Польшей, и в ВКЛ, в конце концов также поглощенном Польшей, после чего она стала объединенной Речью Посполитой. Юных шляхтичей учили «обозначать» поклон королю чуть ли не одними глазами. К чему это приведет страну, до 18 века никто не задумывался.

На Руси же всё было иначе: дворянин — слуга царю: будешь в походе столько, сколько потребуется, годами семьи не видели. Погибнешь, сын по исполнении 15 лет служить пойдет. Устал? Пошел вон на все четыре стороны, а я твою деревню, поместье, твоему холопу побойчее отдам. Зато и Орду разгромили, и в течение жизни одного поколения дошли от Урала до Тихого океана. Вот кто точно изучал теорию игр, так это Иван Грозный, задавивший бояр в полном соответствии с «дилеммой заключенного» (если ни один из двух соучастников преступления не предаст другого, то оба получат по пять лет, а если один предаст, то пойдет свидетелем, а второй получит 10 лет). Иван Васильевич «обиделся» на бояр, «отрекся» от престола, поселился в Александровской слободе и… ждал, кто из бояр прибежит первым, а кто замешкается. Мура все эти теории игр: кто первым книжку написал и термины застолбил, тот и «автор». Извините, увлёкся.

С Третьим разделом Речи Посполитой в 1795 году Россия вернулась на Грань 2.

После Тильзитского мира 1807 года Наполеон подарил «союзнику» Александру I Белосток, а затем Тернополь (позже возвращен Австрии), в 1809-м Россия отвоевала у Швеции Финляндию и царь на радостях создал здесь Великое княжество Финляндское для шведских аристократов (финский язык стал вторым официальным только в 1863 году), до кучи присоединив к нему давно обрусевший Карельский перешеек и Приладожье, утерянные в Смуту и отвоеванные Петром I. А перед самым началом Отечественной войны 1812 года успели отбить у Турции Бессарабию — восточную часть вассального Стамбулу княжества Молдова (северную часть княжества — Буковину — еще до того захватила Австрия). Но это всё мелочи.

Гораздо хуже то, что по результатам Венского конгресса 1815 года страстный полонофил Александр Павлович добился присоединения к России «Царства Польского», которое явно вышло за оптимальную линию приложения сил двух систем. Значит, можно? Нет, нельзя. История — наука не прикладная (вне романа братьев Стругацких «Трудно быть богом»), но давайте порассуждаем. Вопрос о Польше едва не привёл к войне уже внутри вчерашней антифранцузской коалиции. Австрия и Пруссия категорически требовали возвращения к границам 3-го раздела Речи Посполитой. Впрочем, Россия могла получить Галицию до Сана, Буковину и шанс на присоединение остатков Молдовы между Прутом и Карпатами (и не возникло бы никакой «Украины» в русском с 1815 года Львове). Высадка Наполеона в бухте Жуан (бегство с острова Эльба и начало «100 дней») так напугала «союзников», что они немедленно согласились на требование Александра.

И что? Поляки получили своё государство с армией, Сеймом, злотым, соединенное с Россией только личной унией — единым монархом. Но уже в 1830-м подняли восстание, а затем еще несколько всё более и более кровавых. «Цивилизованные европейцы» вырезали даже безоружных русских новобранцев и требовали границ Речи Посполитой с Литвой, Белоруссией, Курляндией и Украиной до Днепра.

Читайте панслависта Николая Данилевского, «Россия и Европа». Читайте «лондонского эмигранта» Александра Герцена, «Былое и думы». Читайте лютых русофобов Карла Маркса и Фридриха Энгельса (чего стоят одни «Разоблачения дипломатической истории XVIII века»). Читайте современного швейцарского историка Ги Меттана, «Запад — Россия: Тысячелетняя война. История русофобии от Карла Великого до украинского кризиса». В 19 веке страхи (и «страхи») Европы перед Россией на 9/10 были связаны с захватом Польши и подавлением Венгерского восстания 1848 — 1849 годов (причем вмешаться Николая I вынуждала всё та же Польша: опасение, что успех венгерского восстания вызовет взрыв в «Висленских губерниях»). Конечно, европейцев беспокоило и то, что путь русской армии до Берлина и Вены сокращался вдвое (чем Россия ни разу не воспользовалась), не оставались без внимания и ресурсы Польши.

Несколько меньше европейское общественное мнение беспокоило движение России на Балканах (только как «попытка русских зайти в подбрюшье Европы»). И совсем не волновало то, что относилось к землям за Неманом и Бугом: всё это было: Russes, Cosaques et Tatars (случались даже Moscovites, Horde et Tartarie). Из поляков получаются отличные немцы: нацистский преступник Эрих фон Манштейн (Левински) не даст соврать. Пусть бы так оно и решалось с 1815 года. Присоединили Польшу на свою голову. Со всеми последствиями уже в первой половине 20 века. Нет, определенные самой географией линии напряжения, оптимальные линии приложения сил нельзя нарушать безнаказанно.

А вот в Волынской, Полтавской, Херсонской губерниях на выборах первых созывов Государственной думы подавляющее большинство голосов получал право-монархистский «Союз Русского Народа». Ага, те самые «черносотенцы». Народ с подозрением поглядывал даже на «Союз 17 октября», а уж кадетов били как «цареубийц» и «христопродавцев». «Эсеры» и «эсдеки» в сёла даже не совались.

Отступив в 1920-м, Россия (СССР) в 1939 — 1940-м вернулась к Грани 2: нарушение естественной линии приложения сил оказалось губительным не только для России с ее «Царством Польским», но и для Запада, хапнувшего Иван-город и окрестности Шепетовки. Правда и мы в 1945-м увлеклись с Галицией. Может, и вправду следовало оставить немцам часть Померании и Силезии, полякам Галицию, а нам взять всю Восточную Пруссию? Киевский деятель Виталий Портников как-то признал, что «если бы большевики не „укрепили“ хуторскую Украину присоединением промышленных Харькова, Донецка, Днепропетровска, Одессы, то сегодня ничего украинского там не было бы». Ведущая не рискнула спросить про Киев, иначе Портникову пришлось бы врать. Впрочем, он ответил и на этот вопрос, сказав, что «спокоен только за галичан». И это верно. Для галичан мова — родная стихия. Для остальных — средство различения «своих» и чужих», т. е., извините, жаргон, сленг.

Поляки решили проблему линии напряжения просто — равномерным расселением украинцев по всей стране. Мы пытались «решить» очередным витком украинизации от Ужгорода до Луганска, а затем и Крыма. В 1945-м мы вернулись и к Грани 1 в виде «стран социалистического лагеря». Как положено, с нюансами на Балканах, но практически к той же, что за полторы тысячи лет до этого на землях полабских славян. А в 1991-м слетели с Грани 1 и Грани 2 на Грань 3. Кстати, долгота восточной границы незалежной Украины — это долгота Вологды, Ярославля, Владимира, Рязани. Вот и вся история.

Грань 1 — утопия. Утопия и без болтовни о братьях-славянах, «братушках» и т. п. Просто потому, что Россия никогда больше не будет «империей наоборот» с голодной «метрополией» и жирующими «колониями». То и другое относительно, тем не менее сам характер отношений был именно таким (как и внутри СССР между Россией и союзными республиками). Грань 3 гибельна для России. Военное планирование исходит не из заявлений вероятного противника, а из его возможностей. Это аксиома. Те, кто пренебрегал ею, уничтожены. Ну а конечные цели Запада были обозначены предельно конкретно буквально на днях.

В ПАСЕ создана «платформа для диалога с российскими демократическими силами» — «альтернативное представительство» России. Говорит Гарри Каспаров❷❸:

«ПАСЕ считает, что представителями российских демократических сил должны быть те, кто признаёт территориальную целостность Украины. Вот, жестко: „Крым украинский!“ — надо сказать это. Есть четкая линия водораздела».

Правда, члены «Союза меча и орала» тут же передрались. Продолжает Каспаров❷❸:

«И вдруг выясняется, что ФБК❶, со всеми своими оговорками, подписать этот документ „не может“! Этот документ не подписали представители ФБК❶, например, не подписал Кара-Мурза❷. Если хотят в ПАСЕ — подпишут!»

Какое милое признание: дело не в убеждениях, «правилах» и вере в европейские ценности, а в том, хочется или не хочется в ПАСЕ! Понятно, что хочется. И не важно, что там говорил Алексей Навальный❸ про «Крым — не бутерброд». Подпишут. Потому что хочется.

И тут же в решении ПАСЕ говорится о будущей… «деколонизации» России. Об отказе от признания ее территориальной целостности! Вот так взяли и обнулили свои же «ценности» и «правила». Точнее, подтвердили. А чтобы все поняли, что это серьезно, ПАСЕ заявляет о выделении на платформе квоты в 1/3 стульев для «представителей колонизованных Россией народов». Более того! Чтобы русские Каспаров❷❸, Ходорковский❷, Шульман❷, Гозман❷, Шац❷, Альбац❷ и Шендерович❷, пользуясь большинством, не задавили «нерусских», для последних в будущем предусмотрено создание отдельной «платформы для диалога с ПАСЕ» — для прямого признания их «независимости» Западом!

Остается Грань 2. А тут всё просто (теоретически). Нужно «откровенно намекнуть» миру, что наша цель — граница-1800. Остальная Европа может спать спокойно. При этом не может быть и речи о передачи кому бы то ни было Калининграда. Об этом чуть ниже.

Итак, граница почти везде идет строго (!) по линии границы 1800 года: от Черного моря (Днестровский лиман) вверх по Днестру, а далее вверх по Збручу, затем к Западному Бугу и вверх по нему до Бреста. Далее белорусско-польская граница до Гродно отличается от границы-1800, чуть отклоняясь в обе стороны, но этим можно пренебречь. Таким образом, восстанавливаются ¾ границы-1800.

Сопутствующие изменения. На территории западной части Одесской области (между Днестром и Дунаем; в 1940 — 1954 годах — Измаильская область) создается Бессарабская Республика в теснейшем союзе с Россией. К ней присоединяются Гагаузия, болгарские районы Молдовы: Тараклийский и часть Бессарабского, а также город Бендеры/Тягин (с коридором или без, неважно: есть мост через Днестр). Молдова получает большую часть Черновицкой области без полосы вдоль границы с Ивано-Франковской областью. Границы средневекового Молдавского княжества были относительно стабильными между Карпатами и Днестром, но здесь проходили как севернее, так и южнее Черемоша. Требуя уважения к Русскому Миру, нам следует уважать и православный Румынский Мир, а тому подумать, как этого уважения добиться.

Из состава Тернопольской области Галиции исключается православный волынский Кременецкий район с Почаевской лаврой, который входил в состав Российской империи и был присоединен к создаваемой Тернопольской области в 1939 году. Галицко-Закарпатское административное образование находится под контролем России, на его территории вдоль границы России размещаются воинские подразделения ВС РФ. До окончательного урегулирования всего комплекса проблем, связанных с данным кризисом.

Касаясь Калининграда. Еще раз: не может быть и речи о его передаче другому государству. Но «дилемма заключенного» универсальна, а соседи видят, что Россия тяготеет к границе 1800 года. Мы не можем запретить немцам и полякам (в 16 — 17 веках герцогство Пруссия было вассалом Речи Посполитой) думать о Калининграде, о том, у кого из них больше шансов «вернуть» его. Только представьте, какой взрыв в головах немцев и в противоположной части тела поляков и литовцев случится, если в России всего лишь начнется дискуссия о возможности восстановления Кёнигсбергского замка. А что? Часть подвалов и даже цоколя сохранились. Если восстанавливать по оригинальным технологиям, то вполне можно будет побороться за признание ЮНЕСКО. И ничто не мешает обратиться к немецкой и польской общественности с предложением о сотрудничестве в этом благородном деле.

Что потом? Да ничего особенного. Покойный японский премьер Синдзо Абэ как-то решил проверить Москву «на слабо», прямо спросив, вернет ли Россия когда-нибудь Японии Шикотан и Хабомаи. Его поправили: не «вернет», а передаст (ст. 9 Московской декларации 1956 года) «после заключения Мирного Договора между Союзом Советских Социалистических Республик (теперь — Россией) и Японией». А мирный договор мы видим исключительно на условиях совершенно нейтральной и дружественной нам Японии. Господин Абэ указал на ст. 3, допускающую право Японии на «коллективную самооборону». Кто-то из российской делегации пошутил, что Россия готова рассмотреть возможность и такого соглашения с Японией. А так… состояние войны прекращено декларацией-1956, а мирного договора у нас и с Гондурасом нет. Так в чем проблема? И так до тех пор, пока Япония не согласится на мирный договор, текст которого будет составлен в Москве. Именно так. А вот в 1956-м СССР просил совсем немногого.

Так и с Калининградом. Повторим, ни один из российских государственных деятелей не может вести переговоров о его передаче кому бы то ни было: это нарушение Конституции и уголовное преступление. Но Германия и Польша могут предлагать что угодно, вплоть (так, досужие фантазии безответственного публициста) до создания литовской автономии в Вармии-Мазурии (южной части бывшей Восточной Пруссии) и в Подляшье (Белосток). Сегодня эти два воеводства вмещают больше населения, чем живёт литовцев в Литве. А в Западно-Поморском воеводстве (Померания) — больше, чем латышей в Латвии. Историки в Вильнюсе и Риге рисуют эти земли, как принадлежавшие древним балтам. Так в чём же дело? К истокам! Эстонцы же будут превосходно чувствовать себя в Финляндии.

И еще раз. Россия никогда не предложит такого решения. И даже разговаривать об этом не будет. Она будет только принимать меры противодействия русофобским режимам, включая финляндский, меры обеспечения калининградского транзита и свободы судоходства, меры защиты соотечественников, их неотъемлемых прав, защиты своих экономических интересов и интересов безопасности. Эти меры будут становиться всё более весомыми из года в год. А немцам и полякам придется всё больше думать о том, что нужно сделать, чтобы мечты о Кёнигсберге/Крулеваце и Львове, Станиславе, Тарнополе казались чуть менее мечтательными. Мечтайте, дерзайте, предлагайте. Среди прочего ради безопасности, своей и Европы.

Всё это не вопрос пожеланий и предпочтений. Любое другое решение будет промежуточным, будет очередным заходом в танце на граблях. Наверное, какое-то время может существовать действительно союзное государство трех русских народов. Но только с заданным и необратимым вектором развития. Только так.

Одна неглупая девушка спросила: «Когда закончится война?» Задал уточняющий вопрос: «Бои на этом фронте или окончательно?» «Совсем-совсем». «Только тогда, когда Запад согласится с принципом неделимой безопасности в Европе, о которой мы только что…» «Это я поняла. Когда?» Решил ее не расстраивать: «Думаю, к середине века».

❶Экстремистская организация, запрещена на территории РФ

❷Физическое лицо, выполняющее функции иностранного агента

❸Физическое лицо, внесённое в список террористов и экстремистов РосФинМониторинга