Мирное соглашение с Украиной невозможно в принципе

Сразу обозначу мнение автора. Мирное соглашение с Украиной исключено. В принципе. Абсолютно. Киев и его союзники предлагают схему: «сначала прекращение огня, затем мирный договор». Москва: «сначала всеобъемлющее мирное соглашение, затем прекращение огня». Совмещение двух подходов немыслимо.

Ловушка перемирия: почему пауза в конфликте ведет к катастрофе

Прекращение огня как будто «гарантирует» его невозобновление: стороны за полгода-год накопят такое количество ракет, дронов и других средств поражения, одновременный пуск которых «положит» любую ПВО и будет по совокупному эффекту соизмерим с десятками ядерных взрывов.

Таким образом, перемирие без всеобъемлющего урегулирования будет каждый день, неделю, месяц отдалять возможность этого урегулирования. Ситуация будет заморожена на невыгодных для России условиях по всему спектру конфликта: от военных до международных задач.

«Но есть нюанс». Если такая «гарантия» невозобновления конфликта «вдруг» рухнет, это будет означать катастрофический ущерб только для России и Украины. Но не для Европы, Британии, США: у них есть хорошие шансы остаться «не при делах» (почему бы не надеяться, если сегодня ситуация именно такова?). Значит, что? Правильно! В нужный момент это «вдруг» случится — с территории Украины взлетят десятки тысяч ракет НАТО, сотни тысяч беспилотников и кто его знает, что ещё. Россия понесет вожделенное стратегическое поражение, Украина будет уничтожена, Запад победит. Естественно, в Кремле эту двухходовку просчитали и «предварительное перемирие» не рассматривают.

Но и подход, предлагаемый Москвой: «сначала всеобъемлющее мирное соглашение, затем прекращение огня», не менее фантастичен. Какие претензии России на слуху? Первая почти бессмысленна — личность вероятного подписанта, нелегитимного с точки зрения России главы Украины Владимира Зеленского. Бессмысленна, поскольку подпись любого президента Украины будет стоить ровно столько же. Как и его ближайших — британских и европейских — партнеров. Всё же остановимся на причине (на наш взгляд) их неприятия Владимиром Путиным.

Парижский урок: как Зеленский, Меркель и Макрон похоронили Минск-2

И президент, и Сергей Лавров, и Дмитрий Песков много раз объясняли: если Зеленский хочет просто пообщаться, он может приехать в Москву, время найдется. Если же хочет достичь каких-то договорённостей, то всё по процедуре: сначала эти договорённости разрабатывают эксперты рабочих групп, затем формулировки шлифуют МИД, экономический блок, Генштаб, и только после этого наступает очередь первых лиц. Они не «свадебные генералы», а в полном смысле слова ключевые авторы и оставляют за собой право на заключительных переговорах с дружественным лидером перед подписанием сделать, так сказать, последний мазок рукой мастера на полотне учеников. Который, конечно, тоже не экспромт и уже согласован с экспертами.

9 декабря 2019 года состоялась единственная встреча Путина и Зеленского в Париже в компании двух других членов Нормандской четвёрки: канцлерин Ангелы Меркель и президента Эммануэля Макрона. Россия пошла на беспрецедентную уступку — пересмотр Минска-2. Москва приняла «формулу Штайнмайера» (Франк-Вальтер Штайнмайер — президент ФРГ, до января 2017-го — глава МИД). Украина по-прежнему должна была принять закон о выборах в ОРДЛО (ЛДНР) и поправки в Конституцию, гарантирующие автономию ЛДНР, но в силу они вступали только после того, как Миссия ОБСЕ подтвердит свободное волеизъявление граждан ЛДНР на этих выборах. Что, кстати, не оставляло камня на камне от утверждений об «оккупационном и террористическом режиме в ОРДЛО». Эти трое — не Александр Лукашенко и даже не «друг» Реджеп Эрдоган, поэтому текст документа для подписания был согласован до последней запятой. (Хотя говорят, какая-то «уступка» по экономическому блоку всё же допускалась.)

Но Зеленский, видимо, вспомнил времена, когда руководил «Кварталом-95» и гастролировал по городам и весям незалежной. Когда залы в Днепропетровске или Харькове были арендованы, а билеты проданы, он звонил местным организаторам и под угрозой срыва концерта получал дополнительную копеечку сверх договора. Не слухи. Хорошо известный факт. Самое смешное, что речь действительно шла о «копеечке»: несколько тысяч долларов за несколько концертов — ни о чём. Все об этой его слабости знали, и он знал, что за спиной посмеиваются, но побороть себя он не мог.

Но устроить такое в Париже… Зеленский просто отказался подписывать документ и включил «пожалейку»: «Народ Украины этого не поймёт… В Киев я вернусь уже не президентом…» и потребовал ещё один «презент» в виде… капитуляции ЛДНР: «Ну что такого случится, если поменять местами ещё пару пунктов? Сначала разместить украинские войска на границе, а потом выполнить всё остальное?». (Притом, что согласно Минску-2 формат присутствия украинских сил на границе ЛДНР с РФ подлежал согласованию Киева и ЛДНР — то ли это будут украинские пограничники, то ли они же совместно с милицией ЛДНР, то ли только милиция, а присутствие Украины будет обозначено одним из флагов; но до обсуждения поправок в конституцию дело так и не дошло.)

Услышав спич Зеленского, Макрон смущенно улыбнулся, Меркель пожала плечами. Оба сделали оловянные глаза и наотрез отказались хотя бы устно осудить выходку. Сугубо личное мнение автора: похоже, уже тогда Путин понял, что Зеленский абсолютно недоговороспособен. Как и те двое, вдохновившие его. Проблему придётся решать иначе. Во всяком случае, через «четыре месяца до следующей встречи», которые Зеленский щедро дал Путину, встреча не состоялась. Меркель и Макрон набрались наглости предложить российскому президенту подумать об очередном «компромиссе». Макрон деланно удивился: «Мы исходили из того, что никакого согласия „сепаратистов“ по вопросу границы не требуется, их представляет Россия». Т. е. вообще разорвал Минск-2. «Партнеры» были жестко посланы. Никаких сомнений в их целях не осталось. Вскоре выяснилось, что ВСУ быстро осваивают натовские стандарты, уставы, вооружения (пока вне Украины). А через два года с небольшим после декабря 2019-го началась СВО.

Территориальный тупик и «крючки» для Запада: как играть в долгую

Вторая российская претензия из тех, что на слуху, — отказ Зеленского следовать «духу Анкориджа», которым наполнились Путин и Дональд Трамп на Аляске. Это вопрос принадлежности всё ещё контролируемых ВСУ 15% территории Донбасса. Но вопрос, на который обе стороны публично напирают, это лишь малая часть проблемы. Видимо, обеим сторонам так удобнее: одним — демонстрировать миролюбие, другим — «незламнiсть», тогда как корни одной только «территориальной проблемы» гораздо глубже.

Зеленский ради «перемирия» как бы готов признать новые регионы российскими, точнее, «находящимися под российским контролем», но только де-факто, а не де-юре. Однако, нравится ему это или нет, но он и сегодня признаёт их контроль Россией де-факто. Не может же он сесть на свой знаменитый велосипед и поехать в Донецк. Чревато. Даже если пригласит на велосипедную прогулку Бориса Джонсона. Т. е. обещание признать «де-факто» этот участок российско-украинской границы — ни о чём, чуть меньше, чем «0».

В Киеве любили в качестве «аналога» линии контроля приводить примеры ФРГ и ГДР, а также Северной и Южной Кореи. Но два германских государства сначала признали друг друга, включая государственную границу между ними, и только после этого были приняты в ООН. Признали друг друга и две Кореи (их границу юридически зафиксировал Совбез ООН).

И даже де-юре признания со стороны Украины недостаточно: сегодня признали, завтра отозвали. Т. е. существует единственный вариант, который устроит Россию (и она его уже озвучивала) — однозначное признание новой границы резолюцией Совбеза ООН. Т. е. США, Британией, Францией. Вероятность чего также чуть меньше, чем «0». Не только потому, что это им «не нравится», а потому, что решения Совбеза ООН — это выражение международного права и справедливости. А если российская принадлежность Крыма, Донбасса и части двух областей законна и справедлива, то кто виновник конфликта?

А уже из этого вопроса вытекает масса других. Об источниках финансирования восстановления российских и украинских регионов, например. Возможно, Россию устроит стандартная формула: «стороны отказываются от взаимных претензий, возникших в результате…». Но очень хотелось бы надеяться, что мы, наконец, научимся от некогда «партнеров» создавать и вольготно чувствовать себя в стратегической неопределенности третьего и четвёртого уровня (богатый диапазон вариантов будущего и его почти неограниченная вариативность), проще говоря, научимся создавать «крючки» для любых претензий в будущем. Обычай русских купцов и промышленников «ударить по рукам» («уговор дороже денег», «не давши слова крепись, а давши — держись!») в мире не работает. Остановимся на этом подробнее.

С 1974 года действовала так называемая «поправка Джексона — Вэника» (членов Конгресса США Генри Джексона и Чарльза Вэника), предусматривавшая экономические санкции в «наказание» за препятствия эмиграции из СССР (в частности, из-за закона 1972 года, требовавшего от выезжающих граждан компенсировать затраты государства на бесплатное высшее образование, аспирантуру и другие формы образования). С 1989 года в качестве поощрения за «хорошее поведение» действие поправки ежегодно приостанавливалось, а отменена она была только в конце 2012 года — через 21 год после падения СССР. Но отменена одновременно, день в день, с принятием «списка Магнитского» (умершего в СИЗО Сергея Магнитского, сотрудника мошеннической фирмы Firestone) со всё теми же санкциями за «плохое поведение»!

Прекрасна также история с якобы «непризнанием» США «аннексии» Советским Союзом стран Прибалтики, о чем свидетельствует «Декларация Уэллеса» (Самнер Уэллес — исполняющий обязанности госсекретаря США). Но, во-первых, была не декларация, а дежурное сообщение для прессы № 354, во-вторых, оно не имело юридического смысла, поскольку в нем ни разу не употреблены слова «оккупация» или «аннексия», не упомянут даже СССР, а говорится о «преднамеренном упразднении» «демократических» (на самом деле фашистско-авторитарных) республик «одним из более сильных соседей». В-третьих… признавали! Больше 30 лет. Но вот захотелось создать «крючок», и на карте ежегодно переиздававшейся по заказу Госдепа «Всемирной книги фактов ЦРУ» (The World Factbook) в начале 1970-х появилась отметка о «непризнании». Т. е. это был не непрерывный законодательный акт, а инновация «на злобу дня». И с середины 1980-х эта «принципиальность США» превратилась в героизм. Точно так же в начале 1980-х на той же карте появилась отметка о том, что южные Курильские острова «оккупированы Советским Союзом с 1945 года, оспариваются Японией». И совсем анекдот. Захотелось (по их представлениям) унизить Россию — и она была отнесена к региону… «Центральная Азия». А ведь The World Factbook — официальный «справочник-ликбез» для госслужащих США. Подробнее: «Киев — это Великороссия: ответ на территориальные претензии к России».

Посыл манипуляций ясен: «Хотите, чтобы мы вас снова признали Европой? Чтобы признали южные Курилы российскими? А что мы за это получим?». Но что нам мешает поступать так же?! Откуда это желание ударить по рукам, троекратно расцеловаться и закрыть все вопросы разом? Почему бы не добавить на карте США, на Аляске, надпись: «Продана США в 1867 году»? Ответ на возмущение: «Территориальных претензий с нашей стороны нет. Что-то не нравится? Давайте обсудим. Как насчет южных Курил?». Нет? Ну, пусть так и остаётся: хлеба не просит. Тех же принципов придерживаться в отношениях с Западом, по вопросам, связанным с Украиной: «Вы своими санкциями, арестами активов, задержаниями судов, конфискацией имущества и т. п. нанесли нам определенный ущерб. Мы его подсчитали. Подвели юридическую базу. Озвучили. Мы о нём помним. И помним об ущербе, связанном с вашей военной помощью Украине, который измеряется уже жизнями и на порядок или два выше. Вы за всё заплатите. Через 10 лет, 20, 50, 100. Просто помните об этом». Каждый раз в зале переговоров этот вопрос будет висеть в воздухе и хоть немного, но влиять на результаты переговоров.

Практически нет способов денацификации Украины. Единственная договорённость, которую можно худо-бедно держать под контролем, это снятие блокировки российских СМИ, равно как и украинских в России. Кстати, весьма справедливым будет обоюдный запрет на пропаганду. Т. е. российские СМИ не вещают на украинском языке, а украинские — на русском. Ну а как иначе? Только на государственных языках.

Способов демилитаризации Украины нет вовсе. Кроме одного: полной демилитаризации. Любую частичную можно обойти «на раз». А полная — это сохранение только полиции с лёгким стрелковым оружием и парой-тройкой полицейских вертолётов и бронеавтомобилей на область. В общем, Коста-Рика, но не Япония. Разумеется, «эффективный контроль» границы. Да, это фактически оккупация пограничной зоны. Хоть под мандатом СНГ. Контроль всей системы «тяжёлой логистики». И, конечно, возможность по щелчку выключить границу и логистику в случае серьёзного нарушения соглашения. Наверное, излишне говорить, что не может быть и речи о членстве не только в НАТО, но и Евросоюзе, претендующем на создание военных структур. Вот глава евродипломатии Кайя Каллас заявила, что «военные корабли ЕС» (!) будут задерживать танкеры «теневого флота» России. Ну куда это годится?

И вот всё это должно быть согласовано, подписано, одобрено Совбезом ООН и т. д. и т. п. до прекращения огня. Альтернатива? См. третий абзац после лида со слов «Но есть нюанс». То и другое невозможно.